Воскресенье, 16.12.2018, 14:28
Приветствую Вас, Гость | RSS
Киевское Высшее Военное Инженерное Дважды Краснознамённое
Училище Связи им. М.И. Калинина
16 курс. Выпуск 1991 года
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Неопубликованная статья.

  Как известно  любой театр начинается с вешалки, перефразируя известное выражение на  милицейский лад, хочется сказать, любой райотдел или другое милицейское подразделение  начинается с дежурной части. Именно через неё проходит поступающая информация о  преступлениях, проводимых мероприятиях, а также осуществляется руководство  деятельностью нарядов и постов. ОМОН в этом смысле не является исключением из  правил, однако, у нас в силу специфики работы, а также штатной численности  отряда дежурных частей несколько, по одной на  каждый штатный батальон, плюс общее руководство всеми нарядами осуществляет  дежурная часть штаба ОМОН. И если в танце, как известно, танцуют от печки, то в  любой нашей деятельности многое зависит от правильных и грамотных действий  дежурного по отряду и его помощника, что как минимум определяет 50% успеха. Ибо  ОМОН -  это особое подразделение,  особость которого заключается в том, что он должен везде быть одним из первых,  если не самым первым.

  Если обратить  свой взор к истокам, почему то вспоминаются 1991-1993 годы, годы масштабных  преобразований и политических перестановок в стране.  В 93 году наряду с имевшимися в Москве и  Санкт-Петербурге ОМОНами были образованы отряды милиции и в регионах. Это был  период, когда в отрядах формировалось само понятие дежурной службы как таковой.  Изначально планировалось перенести в милицию армейские порядки, когда дежурным  по отряду мог заступить любой из офицеров младшего и среднего звена, будь то  простой инспектор штаба или командир взвода, единственное, что помощники  дежурных были штатными.  Впрочем, как  говорится, начальство предполагает, а личный состав располагает. Армейские каноны  внутренней службы не приживались в силу опять же специфики отрядов милиции  особого назначения.

  Возьмем, к  примеру, октябрь 93 го, то самое время, когда в Москве вовсю шла оборона  Останкинской телебашни, готовился штурм Белого дома. Будучи старшим инженером  по оперативной связи, я заступил по графику дежурным по отряду. Сутки выдались  беспокойными, ибо по команде из МВД России пришлось собирать весь отряд по  тревоге, вооружать порядка шестидесяти бойцов, выдавать дополнительный  боекомплект, а после смены вместе с ними же ехать в аэропорт, грузиться в  самолет. Почти сутки мы просидели в самолете в ожидании команды на взлет. Но в  Москве тогда справились и без нас.

  Стало ясно,  что нагрузка, а вернее ответственность за сутки на дежуривших сотрудников  выпадает большая. Спрос, как известно, рождает и предложение, только спрашивать  было не с кого. А посему на основании Приказа о совершенствовании деятельности  отрядов милиции особого назначения в штаты отрядов были введены должности  старших инспекторов дежурных частей за счет сокращения ряда инспекторских  должностей, в основном штабных. Начались боевые будни: Северная Осетия,  Дагестан, Чечня.

  Многие  сотрудники дежурной части побывали в этих горячих точках, имеют боевые награды.  И хотя порой нам твердят, где же в вашей работе романтика, дескать, сидите,  сутки через трое и в ус не дуете. На что хочется ответить, что мы то, как раз в  ус и дуем.

  2000 год.  Сводный отряд ОМОН ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области нес службу в  пункте временной дислокации в городе Грозном. Дежурным по связи заступал на  сутки прапорщик милиции Слынюк Н.В. ныне помощник дежурного дежурной части  штаба ОМОН. Николай начинал службу ещё в оперативном полку, а посему все  отрядные премудрости знал от и до. В тот день, когда стемнело, он проверил  связь с блокпостом, связавшись с ними по радиостанции. Неожиданно в  радиопереговоры вклинился чужой корреспондент.

  - «Васильево»  ответь «Карату 555»!

  Николай прекрасно знал, что такого позывного  в отряде не было, а посему не отвечал, памятуя о том, что в вечернее время под  различными позывными с федералами связывались боевики и забивали болтовней или  помехами эфир до утра. Однако вызов настойчиво повторялся. В какой то момент он  решился было передать в эфир кодовую фразу, по которой блокпост должен был  перейти на запасную частоту, но что то его остановило.

  - На приеме  «Васильево»!

  - «Васильево»  я – «Карат 555», спасибо, что ответили мужики, нам срочно нужна помощь. У нас  два трехсотых, мы здесь, в каких то развалинах за школой, как нам к вам выйти.

  - Постой,  «Карат» ты кто таков будешь?

  - Мы –  разведка, взрыв на заводе слышали?

  - А то как,  хорошо бабахнуло.

  - Наша  работа, попали в засаду. Передайте мой позывной в Южную комендатуру, вам все  разъяснят.

  Николай,  минуту поразмыслив, крутанул ручку полевого аппарата ТА – 57. На том конце полусонно  ответили связисты Северной комендатуры. Спустя пару минут его соединили с  дежурным офицером Южной, представившись, он назвал свое подразделение и  позывной «Карат 555». После минутного замешательства в трубке раздался голос  какого то генерала, который охрипшим голосом спросил.

  - Сынок, где  они? Все ли целы?

  - Где-то в  развалинах впереди нашего блокпоста, у них двое трехсотых, но вроде легко.

  Доложил  Николай.

  - А можно их  оттуда, как-нибудь вытащить?

  - Это вряд  ли, там за блокпостом минное поле, а если сунутся по дороге, попадут под наши  пулеметы. Лучше переждать до утра.

  До утра  Николай не сомкнул глаз, поддерживая связь по радио с разведчиками, а по  телефону с комендатурой. Когда окончательно рассвело и его сменили, он вышел  перекурить во двор. Через КПП тем временем проследовало два БТРа с сидевшими на  броне бойцами, кто то приветственно махнул рукой.

  Два дня  спустя в отряд прибыло трое здоровенных парней в камуфляжах. Не иначе по мою  душу, подумал Николай, когда один из них протянул ему руку.

  - Ну, здравствуй,  браток, спасибо тебе.

  - За что?

  Смутился  Николай.

  - Как за что  браток, ты ж нам можно сказать жизнь спас.

  Сейчас много  твердят о свободе слова и демократии в России, дескать, страна занимает, по  мнению западных СМИ, место где-то в середине второй сотни. Намекая при этом,  что мы катимся в сторону полицейского государства. Демократия демократией, на  мой взгляд, главное, чтобы «власть народа» по-западному не мешала народу жить  по-человечески, а государству работать на его благо.  Ну, это присказка, а дальше без прикрас, я  продолжаю свой рассказ…

  2006 год.  Лето кончилось, работа, как стояла, так стоит, мы готовы бы расслабиться, да  парламент не велит. Продолжался саммит или форум, только парламентский,  поменьше, чем в июне, но головные боли создавал. Наряды вертелись как белки в  колесе. От Петропавловской крепости к мечети, от мечети к Зимнему и  Исаакиевскому собору, плюс катера на водной акватории. Для полноты картины  деятельности дежурного по ОМОН не хватало только вертолетов, дабы охватить все  три стихии, сушу, воду и воздух, хотя кто знает, может в недалеком будущем  будет и такое подразделение в ОМОНе.

  Саперы в тот  день работали по заявке, в одном из офисов по улице Казначейской некий  гражданин Н., числящийся уборщиком по профессии, обнаружил подозрительную  коробку. «Подозрительность» коробки заключалась в том, что она была заполнена  веществом, напоминающим пластилин с вдавленными в него металлическими болтами и  гайками. Товарищу повезло, что СВУ (самодельное взрывное устройство) не было  оборудовано средствами инициирования, то бишь взрывателями, а то бы получилось  как в присказке, любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Он увидел  оставленную коробку в упаковке, потряс, а потом решил посмотреть, что внутри.  Когда прибывшая группа разминирования из ОМОНа под руководством майора  Потемкина С.И. объяснила ему суть проблемы, его трясло уже по другому поводу.

  Ведь как  устроен наш люд, любопытство превыше всего, прежде чем спереть  чужую вещь необходимо убедиться, а так ли она  необходима в быту. Вот и вскрыл товарищ красивую обертку, увидел внутренности и  понял дело нечисто. А потом, прослушав лекцию от саперов о бризантности  взрывчатых веществ и чем она отличается от фригидности, окончательно обомлел.  Благо сознательный оказался, сообщил вовремя куда следует.

  Впрочем,  остальное нас уже было не касаемо, ведь почти все СВУ проходят по линии  терроризма, а посему коробочка была передана в руки саперов УФСБ. Саперам  дежурный по отряду передал команду из дежурной части ГУВД на выдвижение в  сторону Петергофа, ибо там, на территории одного из парков дворцового комплекса  был обнаружен неразорвавшийся снаряд времен Великой Отечественной  войны.

  Так уж бывает, что саперы за сутки только и  делают, как с места на место перескакивают, точно по мановению дирижерской палочки.  Хотя опять же казалось бы неразорвавшиеся боеприпасы – не наша тема, а  юрисдикция военных саперов. Но, что поделаешь, мы же все равно первыми будем,  работа у нас такая. Хотя из ГУВД, как дополнение к ранее поступившей команде,  поступает распоряжение зазря не лезть, только если действительно существует  опасность взрыва, тогда рвать на месте. Приехали, разобрались, угрозы нет,  передали воякам и вперед, пехота двинулась в поход, туда, где Родина зовет.

  Ведь наша  служба и опасна и трудна, и никому порою не видна. То, что не видна это точно.  Взять, к примеру, то лето, когда отдельный поисковый батальон совместно с  инженерно-техническим отделом ОМОН работал на Синявинских высотах по розыску  останков погибших воинов. Неразорвавшихся боеприпасов было вывезено и  уничтожено сотни наименований, а в СМИ были упомянуты только саперы МЧС,  которые извиняюсь за выражение, там и близко не стояли.

  Бывшие в этом  году на берегах Невы с дружеским визитом израильские саперы в разговоре с  нашими сотрудниками искренне удивлялись, дескать, как это у вас у русских,  получается, работаете на технике можно сказать каменного века, и при этом  умудряетесь обходиться без потерь. Так то оно так, соглашались омоновцы,  намекая при этом, что в наш век сплошной автоматизации человеческий фактор  по-прежнему остается определяющим.

  Тем временем,  часам где-то к 14.00 в дежурную часть позвонил мужчина, представившийся Иваном  Сергеевичем, который, возвращаясь со своей дачи, находящейся за н.п.  Елизаветинка, обнаружил в пойме одного ручья ящик с тремя артиллерийскими  снарядами с желтой маркировкой. А так как он до пенсии был военным, то  предположил, что снаряды химические, а посему решил сообщить о находке в  органы. Впрочем, через час он сам приехал в отряд, рассудив, что чем мыкаться с  заявлением в местном отделе милиции, проще приехать в ОМОН, благо адрес ему  любезно в опорном пункте предоставили.

  Дежурный по  ОМОН вместе с помощником долго разбирались с прибывшим, записывая и передавая  по телефону по инстанциям его паспортные данные и показания, попутно объясняя,  что группа разминирования работает только по заявкам из дежурной части ГУВД, а  ОМОН заявления не принимает. Гражданин внимательно их слушал и, тем не менее, в  конце произнес: «Всё это понятно, ребята, но ведь если не вы, то кто же? Кто  нам кроме вас поможет, когда одна надежда только на вас».

  Спустя  полчаса после его ухода запутанная ситуация благополучно разрешилась, ибо  дежурный, обзвонив по телефону всех кого можно и нельзя, добился того, что  отзвонились военные с одного из полигонов, передавшие по цепочке через саперов,  что это была их пропажа, происшедшая в результате чьей-то расхлябанности и  недогляда. И в конце суматошного дня, который более ничем примечательным  отмечен не был, почему-то подумалось: «А ведь он то, пожалуй, был прав! Если не  мы то кто же?»

Форма входа
Поиск
Календарь
«  Декабрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Архив записей